17 апреля 2015, 11:30, Любовь Лебедина

У русских театров одна Победа на всех

Когда в Санкт-Петербурге с 6 по 12 апреля проходил ХVII Международный театральный фестиваль стран СНГ и Балтии, где собрались русские коллективы из дальнего и ближнего зарубежья, то многочисленным зрителям "Балтийского дома" был показан спектакль Юрия Томошевского "Первый день мира". В его основу легли произведения Александра Блока, Анны Ахматовой, Даниила Гранина, Ольги Бергольц, Николая Тихонова.

У русских театров одна Победа на всех

По сути, это походило на большое знаковое событие не только потому, что в аскетичном представлении сурово и просто с минимумом выразительных средств рассказывалась правда о войне и, конечно, о блокадном Ленинграде. В первую очередь это был интернациональный проект с участием молодых актеров зарубежных русскоязычных театров, лаборантов образовательного центра уникального фестиваля, который, слава богу, под давлением экономических санкций не исчезает и продолжает субсидироваться Министерством культуры РФ, Россотрудничеством, СТД России, Комитетом по культуре Санкт-Петербурга.

Второй спектакль "Балтийского дома", тоже посвященный 70-летию Победы в постановке Владимира Тыкке, был также сделан в формате литературно-музыкальной композиции и в нем участвовали молодые артисты из Узбекистана, Белоруссии, Таджикистана, Казахстана, Молдовы, Эстонии. По сути, эти два спектакля не были формально "датскими", что довольно часто можно сегодня видеть в других местах в связи с великой датой. Они родились из внутренней потребности участников фестиваля рассказать о том, что живет пусть и не в их памяти, а памяти народа, когда-то называвшемся советским, о том, что многомиллионные жертвы были не напрасны, поскольку теперь они могут свободно дышать и не считаться людьми второго сорта. Ведь что ни говори, а 9 Мая – это единственный праздник, который продолжают отмечать на всем постсоветском пространстве. И может быть, благодаря четырем годам страшной войны, когда произошли тектонические сдвиги не только взорванной почвы, но и понятия Родины, мы смогли наконец-то по достоинству оценить научное открытие сына Гумилева в отношении неделимой Евразии.

Художественная элита города хлебного Ташкента, давшего кров многим деятелям искусства из России во время войны, часто бывает на питерском фестивале. Не говоря о том, что Молодежный театр Наби Абдурахманова, показывающий спектакли на двух языках: узбекском и русском, давно уже в "Балтийском доме" свой. Поверьте, это не дежурные слова, потому что именно русская классика питает актеров и режиссеров постоянно экспериментирующего коллектива, а они в свою очередь дарят питерцам яркие краски магического востока, волшебную музыку поэтических легенд и красоту, которую сегодня пытаются растоптать. Мюзикл-феерия "Алые паруса" по мотивам романтической повести Грина начинающего режиссера Камиллы Абдурахмановой не является каким-то слепком бродвейского шоу, он насквозь пронизан собственной музыкальной культурой, ее зажигательными ритмами и красочными орнаментами, выраженными в костюмах и "говорящих" мизансценах. Более того, сказочная история Ассоль и Грея, приплывшего к странной мечтательнице на корабле с алыми парусами, запараллеленна с другой историей. Современной пары Дена и Эни, интуитивно чувствующей, что счастье не в алом Феррари, не в материальном благополучии, а в чем-то другом. Может быть, в полете души, а может, в глазах любимой…

Тема любви, как и положено восточному театру, является самой лакомой для его исполнителей, они в ней, образно выражаясь, купаются. Русский театр имени Маяковского из Душанбе, основанный в 1937 году, куда во время войны были эвакуированы деятели столичной сцены, показал на этот раз инсценировку по рассказам Чехова, причем любовными историями Антоши Чехонте, написанными вначале его литературного пути. Более уморительного зрелища мне не приходилось видеть. В нем было столько ненатужного юмора, легкого дыхания и парения, я бы сказала кувыркания в абсурдных ситуациях, что поневоле начинала соглашаться и с автором, и с режиссером Надеждой Славной, что семейная жизнь напоминает добровольную каторгу. Что эмансипация сделала из женщин монстров, а разъедающая пошлость всегда сопровождает спутников-антиподов, принявших банальное влечение за любовь и потом раскаивающихся всю оставшуюся жизнь.

По произведениям Антона Павловича прошелся и Русский молодежный театр "С улиц роз" из Кишинева, назвав "Женское счастье" занимательной комедией, отражающейся в кривых зеркалах современности. Режиссер спектакля Юрий Хармелин, основатель и бессменный руководитель этого коллектива, которому в нынешней Молдове, мягко выражаясь, живется слишком туго, поскольку в республике осталось всего 30 процентов русскоязычного населения, пытается с настойчивостью неутомимого дятла бить и пробивать брешь в закрытых для него кабинетах высшего начальства. Можно сказать, подобно Дон Кихоту он продолжает бороться с ветряными политическими мельницами, прекрасно понимая, что они вовсе не ветряные, а железные, и против них есть только одно оружие – смех и вера. Вера, что Россия поддержит его мальчиков и девочек, а нынешние гастроли в братской Белоруссии пройдут успешно.

Вышел из вынужденного заточения и Русский драматический театр имени Грибоедова из Тбилиси, которому в этом году исполняется 170 лет. Удивительный театр и удивительный коллектив, почти на 75 процентов состоит из грузинских артистов. Это уникальный случай, когда при всех "наездах" амбициозных политиков грузины встали на защиту Грибоедовского театра. Не дали ему раствориться в исторической ломке большого Союза. В Петербург они привезли пьесу Александра Вампилова "Старший сын", хорошо известной публике по кинофильму с участием в главной роли Леонова. Художественный руководитель театра Георгий Маргвелашвили весьма мудро поступил, назначив на роль неудачника Сарафанова наивного и непрактичного отца семейства Валерия Харютченко, продолжавщего служить этому театру даже тогда, когда его судьба ничего хорошего не предвещала.

Русские театры в ближнем и дальнем зарубежье, насколько можно догадаться, сильно зависят от политики. И когда сегодня мы говорим о маршах с фашистской свастикой по улицам Таллина или Риги, то не всегда вспоминаем, что там продолжают творить те самые русские театры, которые сейчас существуют на положении эмигрантов, и им надо как-то выживать, не поддаваться на злостные провокации. "Собачье сердце" по роману Булгакова в русском театре Эстонии был обречен на успех у питерской публики, ему даже не помешал фильм Владимира Бортко. У режиссера Натальи Лапиной прозвучала своя, особая интонация, можно сказать, грустная, ибо люди, возомнившие себя богами, не смогли улучшить человеческую породу, искоренить зло, сидящее внутри, казалось бы, разумного существа.

 Прекрасно зная Рижский русский театр имени Чехова во времена Аркадия Каца, сделавшего этот коллектив за 25 лет самым модным и посещаемым в Прибалтике, почему-то пропущенного в числе ярких режиссеров в краткой аннотации к спектаклю "Два джентльмена из Вероны" по Уильяму Шекспиру (видно, места не хватило), я с особым нетерпением ждала, когда откроется занавес и…

И вот он открылся. На сцене три огромных прозрачных куба. В них дефилируют шекспировские герои в сокрушительных нарядах фриков, ездят на самокатах, изображают джаз-банду, рвут струны дешевой гитары, играют бицепсами и спорят, кому достанется недотрога Сильвия, поскольку ее отец, тоже весьма анекдотичная фигура с лыжными палками, изо всех сил охраняет девственность дочери. И тут меня посетила мысль роковая: неужели эта девушка настолько исключительна, что среди всеобщего шабаша, наркотиков и гламурной тусовки с "качками" и "голубыми" мальчиками еще может надеяться на платоническую любовь? Да глупости все это, подумала я, Уильям Шекспир морально устарел и со своими романтическими приколами не вписывается в современную действительность. Думаю, режиссер Игорь Коняев, поставивший за свою жизнь немало интересных спектаклей, прекрасно это понимал. Но ему нужен был провокационный "хип-хоп", действие-вызов, на который бы валила молодежь Риги и других городов. Казалось бы, ради этого не грех и переделать старичка Шекспира, превратив в автора молодежной тусовки. Но не тут-то было, мудрый англичанин перехитрил театральных шоуменов, он как бы сказал им: я могу вам дать свой текст напрокат, но осмыслить его вы не сможете, потому что вам нужен "Камеди Клаб", а я этого, простите, не умею. Впрочем, все это мои лишь домыслы, ибо я предпочитаю чистые жанры без всякой примеси, и когда иду на представление веселой, озорной, с элементами перформанса комедии, мне все-таки хочется видеть что-то в виде спектакля, а не навязанных на режиссерскую ниточку элементов ночного клуба.


Политика Чем нам важен князь Додон? Чем нам важен князь Додон?

Президент Молдавии Игорь Додон может стать для России очередным политическим разочарованием

В мире Вацке защищает Тухеля Вацке защищает Тухеля

Финансовый директор дортмундской "Боруссии" Ханс-Йоахим Вацке защитил тренера Дортмунда Томаса Тухеля от критики, поступившей в адрес главного тренера после поражения от франкфуртского "Айнтрахта" (1:2)


Культура О, да! "Даме" в "Современнике" О, да! "Даме" в "Современнике"

Новый спектакль "Дама" театра "Современник" поражает с первых минут и не позволяет отвлечься ни на мгновение

Спорт Вацке защищает Тухеля Вацке защищает Тухеля

Финансовый директор дортмундской "Боруссии" Ханс-Йоахим Вацке защитил тренера Дортмунда Томаса Тухеля от критики, поступившей в адрес главного тренера после поражения от франкфуртского "Айнтрахта" (1:2)